Эпаминонд

Эпаминонд (ок. 418 до н. э., Фивы362 до н. э., Мантинея), полководец и политический деятель Древней Греции, глава Фив и Беотийского союза, внесший большой вклад в развитие военного искусства.


Содержание

Биография

Выходец из старинного фиванского рода. Получил образование под руководством философа-пифагорейца Лисиса из Тарента.

В 382 до н. э. году спартанцы насадили в Фивах олигархический режим, который поддерживался занявшим Кадмею (крепость Фив) спартанским гарнизоном, но в 379 до н. э. группа фиванцев во главе с другом и соратником Эпаминонда Пелопидом совершила демократический переворот, и спартанцы были изгнаны из Фив. В период совместного правления Эпаминонда и Пелопида Фивы стали военно-политическим гегемоном Древней Греции.

Во время Беотийской войны (378362) Фивы смогли создать сильную антиспартанскую коалицию. В 371 году Эпаминонд был впервые избран беотархом и главнокомандующим фиванской армией. В битве при Левктрах, применив новаторские тактические принципы, одержал победу над спартанцами, до сих пор считавшимися непобедимыми в сухопутном бою. Битва при Левктрах изменила стратегическое положение в Греции, уничтожив спартанскую гегемонию.

После этой битвы войско во главе с Эпаминондом совершило три похода в Пелопоннес (370, 369, 367). Эти походы нанесли удар по могуществу Спарты и привели к распаду Пелопонесского союза, — от него отделилась Аркадия. По инициативе Эпаминонда, в Аркадии был создан город Мегалополь, ставший оплотом противников Спарты в Пелопонессе. Впервые в истории Греции противник вторгся в заповедную для Спарты область — долину реки Эврот.

Под руководством Эпаминонда Фивы вступают в соперничество с Афинами за гегемонию на море. Фиванский флот захватил острова Хиос, Родос и город Византий (364 год) — стратегические позиции на внутригреческих торговых коммуникациях. Морская и сухопутная гегемония Фив сплотила против них коалицию Спарты, Афин и Сиракуз. Неудачей закончился поход фиванцев в Фессалию в 364 году, в котором погиб Пелопид.

Вторжение фиванской армии в Лакедемон также закончилось неудачей — попытка захвата Спарты в 362 году сорвалась и Эпаминонд вынужден был принять сражение у Мантинеи. В этой битве им вновь применена была новаторская тактика «косого порядка», однако, когда фиванцы уже одерживали победу, Эпаминонд был смертельно ранен, его войска растерялись и отступили.

Гибель двух военных и политических вождей, не имевших достойных преемников, привела к закату Фиванской гегемонии в Греции. По этой причине, отдавая дань исключительным полководческихм и человеческим качествам Эпаминонда, многие историки считали, что уничтожение гегемонии Спарты нанесло объективный урон независимости полисов Греции и стало прелюдией к македонскому завоеванию.

Личность

Древние историки согласно описывают Эпаминонда как одного из самых привлекательных исторических деятелей античности. Он предстает как идеал философа и аскета, отдающего свои силы служению своему отечеству — Фивам и использующего свой изощренный интеллект для достижения военного успеха.

Семья Эпаминонда принадлежала к кругу старой фиванской аристократии, к одному из пяти родов «кадмовых спартов». На щите великого полководца, водруженном над его могилой, было изображение дракона — родовая эмблема спарта.

Эпаминонд был беден, придерживаясь предельно простого образа жизни до конца своих дней. Он был очень воздержан в еде и никогда не был женат, что полностью вытекало из усвоенных им принципов пифагорейства. По преданию, когда плащ Эпаминонда сдавали в чистку, хозяин сидел дома, не имея в чем выйти на улицу. Впрочем, бедность Эпаминонда, вошедшая в легенду у античных авторов, означает прежде всего отсутствие оборотных денеженых средств и показной роскоши. Аристократические семьи Эллады вели натуральное хозяйство и вполне могли обеспечить себя всем необходимым, а отец полководца Полимнид взял на содержание философа-пифагорейца Лисиса и дал сыну блестящее образование.

«Воспитан он был превосходнее любого фиванца: играть на кифаре и петь под струны обучил его Дионисий — музыкант, прославленный не менее, чем Дамон или Лампр, чьи имена известны всему свету; игре на флейте он учился у Олимпиодора, танцам — у Каллифрона. Философию же преподавал ему Лисис из Тарента, пифагореец, к которому юноша привязался настолько, что ни с кем из своих сверстников не был так дружен, как с этим угрюмым и суровым стариком; отпустил он его от себя лишь после того, как далеко опередил в науке всех своих однокашников, ясно обнаружив, что так же будет превосходить всех и в прочих занятиях»

— сообщает в жизнеописании Эпаминонда Корнелий Непот. В физических упражнениях, обязательных для всех греческих юношей, он стремился развить в себе не столько силу, сколько ловкость, замечая, что сила нужна атлетам, а ловкость — воинам.

Отличительными чертами характера Эпаминонда были доброжелательность, терпение, скромность, а также исключительная правдивость — он отказывался говорить неправду даже в шутку. Будучи сам беден, использовал свои дружеские связи для того, чтобы помогать вскладчину попавшим в беду людям. Эпаминонд был чрезвычайно находчив и предания сохранили немало его остроумных ответов и поступков. Предмет его преимущественного интереса составляли интеллектуальные беседы и военное дело.

И как человек и как политик Эпаминононд заслужил симпатии своим милосердием и умеренностью даже к врагам. Павсаний сообщает, что вопреки фиванскому обычаю казнить перебежчиков, Эпаминонд отпустил беотийских беглецов, захваченных близ Сикиона (Второй поход фиванцев в Пелопоннес в 369 г.). По свидетельству Диодора, Эпаминонд воздержался от резни спартанского отряда, разбитого под Коринфом. Известно, что он воспрепятствовал наказанию орхоменцев, завоеванных после битвы при Левктрах и скорбел о расправе, учиненной над Орхоменом в 364 г. в его отсутствие. Диодор Сицилийский передает изречение Эпаминонда: «Кто ищет гегемонии в Греции, тот должен с помощью человечного обращения удерживать то, что добыто отвагой».

Исключительная преданность Эпаминонда в дружбе с другими мужчинами, в особенности с Пелопидом, не является свидетельством его безнравственности в понимании греков той эпохи. В Беотии и Спарте культ воинской любви-дружбы имел широкое распространение — влюбленный воин считался непобедимым, особенно если сражается бок о бок с любимым. «Священный отряд» фиванцев состоял из 150 пар, связавших себя узами преданности и от того сражающимися друг за друга с чрезвычайной отвагой. В битве при Херонее, положившей конец независимости Греции, «Священный отряд» пал в полном составе, вызвав восхищение Филиппа Македонского. Дружбу Эпаминонда и Пелопида скрепило сражение при Мантинее в 389 году, когда фиванцы в качестве союзников Спарты сражались против афинян. Пелопид был тяжело ранен, но Эпаминонд мужественно защищал тело друга от нападавших, сам был серьезно ранен, но сумел продержаться до подмоги.

Будучи сторонником демократического управления, по сути Эпаминонд был приверженцем аристократического демократизма, считая, что власть над народом должна принадлежать лучшим и опытнейшим людям. Однажды он пошел на нарушение фиванского закона, запрещавшего удерживать власть дольше положенного срока и ради продолжения войны со Спартой уговорил своих товарищей, в том числе Пелопида, продлить свои полномочия на четыре месяца. Привлеченный к суду он не стал отрицать вину и сказал, что готов к смерти, но просит записать в приговоре: «Фиванцы приговорили Эпаминонда к смерти за то, что при Левктре он принудил их победить лакедемонян, тогда как до его командования ни один беотиец не мог вынести вида их боевого строя; за то, что одним сражением он не только спас от гибели Фивы, но и дал свободу всей Греции, а положение двух государств изменил настолько, что фиванцы пошли в наступление на Спарту, а лакедемоняне почитали за счастье остаться целыми; войну он кончил лишь после того, как восстановил Мессену и осадил самый их город». Признав правоту Эпаминонда по принципу «победителей не судят» фиванцы сняли с него все обвинения.

О патриотизме Эпаминонда лучше всего говорит его позиция в период оккупации Фив Спартой. Он подговаривал фиванских юношей в палестре вызывать на бой спартанцев и учил их не бояться на поле битвы тех, кого могут одолеть в рукопашной борьбе. В период борьбы Пелопида за свержение олигархии Эпаминонд оставался дома, не желая ни защищать дурных правителей, ни обагрять руки кровью сограждан. Но как только фиванцы столкнулись со спартанским гарнизоном, Эпаминонд немедленно встал в ряды сражающихся, защищая Отечество от чужаков.

Военное искусство

Славу Эпаминонду-полководцу составила битва при Левктрах. В ее ходе, впервые в известной нам истории войн, был полноценно применен принцип концентрации сил на направлении главного удара. До сих пор сохраняет значение оценка военного искусства Эпаминонда, данная Энгельсом в статье «Пехота»: «Эпаминонд первый открыл великий тактический принцип, который вплоть до наших дней решает почти все регулярные сражения: неравномерное распределение войск по фронту в целях сосредоточения сил для главного удара на решающем пункте».

Эпаминонд отказался от равномерного построения фаланги, бывшего до того незыблемым принципом греческого военного искусства. Выставив фалангу незначительной глубины против пелопонесских союзников Спарты, он сформировал колонну глубиной в 50 шеренг против спартанских воинов во главе с царем Клеомбротом. Колонна такой плотности прорвала спартанскую фалангу. А удар 300 отборных воинов, «Священного отряда» фиванцев во главе с Пелопидом, не позволил спартанцам охватить фланги колонны Эпаминонда.

В результате Клеомброт был убит, его войско дезорганизовано и разбито, а спартанцы потеряли более 1000 человек убитыми, причем основная убыль пришлась на лакедемонян, граждан Спарты, бывших наиболее подготовленными воинами во всей Греции. Тем самым Эпаминонд нанес Спарте не только количественный, но и качественный удар — восстановить численность спартанцев в достаточном для поддержания военной гегемонии количестве, так никогда и не удалось.

Впервые в практике греческого военного искусства Эпаминонд сделал важным фактором сражения конницу. В битве при Левктрах фиванская конница опрокинула конницу спартанцев и вынудила её отступить, смешав ряды своей фаланги, тем самым были созданы благоприятные условия для атаки фиванцев. В битве при Мантинее фиванская конница, во взаимодействии с легковооруженными воинами, разгромила спартанскую, а затем нанесла удар во фланг и тыл спартанской фаланге. Тем самым, Эпаминонд воспользовался стратегическим преимуществом, предоставленным ему географией Беотии — там и в соседней Фессалии были равнины достаточные для разведения лошадей и создания полноценной конницы.

Преемником Эпаминонда в деле усовершенствования военного искусства был царь Филипп II Македонский. В качестве заложника он жил в Фивах и внимательно изучал военное искусство Эпаминонда, применив его основные принципы для разработки собственной военной организации и тактики. Усвоенные Филиппом уроки стоили не только независимости Греции, но и разрушения Фив. Однако затем, усовершенствованное македонцами военное искусство Эпаминонда доставило грекам торжество над их старинными врагами — персами и привело к подчинению грекам большей части известного им мира.

В новой истории войн наиболее последовательным подражателем Эпаминонда был Фридрих Великий, в битве при Лейтене (1757 год), разгромивший австрийцев при помощи внезапной концентрации войск на левом фланге противника, после демонстративной атаки на правый фланг.

В современном военном искусстве принцип концентрации сил на направлении главного удара является основой военного искусства, хотя в ХХ веке обнаружились новые факторы, препятствующие ему в известных обстоятельствах — возможность быстрой переброски противником резервов на направление главного удара привела к возникновению позиционного кризиса в ходе Первой мировой войны. Этот кризис был преодолен русским военным искусством, — в него были внесены коррективы, соответствующие не букве, но духу идей Эпаминонда. В ходе летней кампании 1916 года наступление русских войск на Юго-Западном фронте (так называемый «Брусиловский прорыв») производилось по предложению генерала А. А. Брусилова одновременно на четырех участках, не дав противнику возможности быстро сосредоточить резервы. В ходе кампании 1918 года армии стран Антанты наносили одновременные или последовательные удары по германскому фронту, расшатывая его участок за участком. В период Второй мировой войны творческим развитием идеи нескольких главных ударов стала Белорусская наступательная операция Красной Армии, в ходе которой 1-й Белорусский фронт под командованием генерала армии К. К. Рокоссовского нанес через Полесские болота два главных удара по немецким войскам.

Таким образом, если формально принцип Эпаминонда — концентрация сил на одном направлении,— не является для современного военного искусства универсальным, то по существу завещанная им идея концентрации сил на определенном направлении для нарушения целостности неприятельского фронта и преодоления позиционного тупика, остается неизменной.

Цитаты

Бескорыстие его подверг испытанию Диомедонт из Кизика. Этот человек по просьбе царя Артаксеркса пытался подкупить Эпаминонда деньгами. Явившись в Фивы с огромной суммой золота, он за 5 талантов склонил на свою сторону Микита — юношу, которого Эпаминонд в то время горячо любил. Микит встретился с Эпаминондом и открыл ему цель диомедонтова приезда. А тот в глаза Диомедонту ответил: «Не нужно мне никаких денег; если царь замыслил доброе для фиванцев дело, я готов содействовать ему даром, а если злое — то не хватит у него ни золота, ни серебра: любовь к родине дороже мне всех сокровищ вселенной. Ты соблазнял меня, не будучи со мною знакомым, судя обо мне на свой лад — это не удивительно, за это я тебя прощаю; но немедленно удались отсюда прочь — а то, споткнувшись на мне, как бы не совратил ты других. Ты же, Микит, верни этому человеку деньги, а если ты этого не сделаешь сей же час, то я выдам тебя властям». Когда же Диомедонт стал просить у него безопасного выхода и разрешения забрать свое привезенное добро, тот сказал: «Об этом я позабочусь, не твое это дело, а мое: ведь если у тебя отнимут деньги, то кто-нибудь скажет, что с помощью разбоя я получил то, что не пожелал принять в качестве подношения». А затем, осведомившись, куда он желает быть доставленным, и услышав в ответ, что в Афины, он дал ему охрану для безопасного препровождения на место. И, не успокоившись на этом, позаботился с помощью афинянина Хабрия, о котором мы упоминали выше, чтобы гость невредимым сел на корабль. Случай этот надежно удостоверяет бескорыстие Эпаминонда. (Корнелий Непот. О знаменитых иноземных полководцах. Эпаминонд. 4)

Завистником его и соперником на государственном поприще выступал некий Менеклид, тоже родом из Фив, человек довольно изощренный в слове — по крайней мере для фиванца, ибо племя это одарено скорее телесной силой, чем талантами. Видя, что Эпаминонд возвышается благодаря военным подвигам, он часто убеждал фиванцев, что мир лучше войны, дабы они не прибегали к услугам этого полководца. А тот возражал ему: «Обманываешь ты своими речами сограждан, настраивая их против войны, под именем покоя ты готовишь им рабство. Мир рождается от войны, и потому желающие пользоваться долгим миром должны закаляться в боях. Так что если вы, фиванцы, мечтаете первенствовать в Греции, то упражняйтесь в военном лагере, а не в палестре». А когда тот же Менеклид упрекал его за то, что он не женился и не завел детей, а еще больше — за гордость, говоря, что он по всей видимости ищет бранной славы Агамемнона, Эпаминонд ответил: «Оставь, Менеклид, упреки по поводу жены — кого-кого, но не тебя хотел бы я иметь советчиком в таком деле (а надо сказать, что Менеклида подозревали в прелюбодеянии). И как же ошибаешься ты, полагая, что я подражаю Агамемнону: ведь он силами всей Греции за 10 лет едва взял один город, я же, напротив, силами одного нашего города в один день, обратив вспять лакедемонян, освободил всю Грецию». (Корнелий Непот. О знаменитых иноземных полководцах. Эпаминонд. 5)

Эпаминонд явился однажды в собрание аркадян, чтобы склонить их к союзу с фиванцами и аргивянами. Против него выступал афинский посол Каллистрат, самый знаменитый оратор того времени, убеждавший аркадян поддерживать дружбу с народом Аттики. В речи своей он усердно хулил фиванцев и аргивян, среди прочих доводов приведя такой: аркадянам-де следует припомнить, каких граждан породили оба этих государства, чтобы на их примере судить об остальных: ведь аргивянами были матереубийцы Орест и Алкмеон, а в Фивах родился Эдип, убивший своего отца и приживший детей от собственной матери. Отвечая ему, Эпаминонд сначала подробно разобрал все предыдущие замечания, а потом перешел к двум последним обвинениям и заявил, что он удивляется глупости афинского ритора, который упустил из виду, что те люди родились дома невинными, по совершении преступления были изгнаны из отечества, а приют нашли у афинян. (Корнелий Непот. О знаменитых иноземных полководцах. Эпаминонд. 6)

Однажды Пелопид, имевший дурного сына, упрекал его за это, говоря, что он плохо заботится о родине, если не рождает детей, но Эпаминонд ответил: «Смотри, как бы ты не позаботился еще хуже, оставляя после себя такого отпрыска. А у меня не может быть недостатка в потомстве, ибо вместо дочери я оставлю после себя победу при Левктре — не только более долговечную, чем я, но, несомненно, бессмертную». (Корнелий Непот. О знаменитых иноземных полководцах. Эпаминонд. 10)

«Когда рассерженные граждане, желая оскорбить Эпаминонда, поручили ему следить за мощением городских улиц (а это была самая низкая у них обязанность), тот незамедлительно взялся за дело, заявив, что приложит все усилия к тому, чтобы оно стало почтенным. И благодаря его удивительному усердию эта ничтожная должность стала после него в Фивах желанной и чрезвычайно почетной». (Валерий Максим. III, 7 ext. 5)

Ссылки


 
Начальная страница  » 
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
0 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Home