Содружество непризнанных государств

Содружество Непризнанных Государств (СНГ-2) — неформальное объединение, созданное для консультаций, взаимопомощи, координации и совместных действий непризнанными самопровозглашёнными государственными образованиями на постсоветской территории — Абхазией, Нагорно-Карабахской Республикой, Приднестровской Молдавской Республикой и Южной Осетией. Соглашение о создании объединения было достигнуто на встрече министров иностранных дел этих республик в середине 2001 в Степанакерте.


Объединяет участников этого объединения то, что все они в начале 1990-х отделились от своих «малых метрополий» — Азербайджана, Грузии и Молдавии, а появлению их в качестве самопровозглашённых территориальных единиц способствовали кровавые политико-этнические конфликты.

Сепаратизм трёх из непризнанных государственных образований (Абхазии, Приднестровской Молдавской Республики и Южной Осетии) с самого начала находил моральную поддержку у значительной части населения (особенно у левых и именующих себя патриотическими политических группировок) России, а также весьма реальную помощь части российских военных. Вооружённые конфликты были приостановлены, угроза геноцида образовавших непризнанные государства народов была снята, однако развести конфликтующие стороны на территории Грузии и Молдавии с помощью российских миротворческих подразделений оказалось возможным только путём разделения самих территорий, что объективно сделало возможным существование самопровозглашённых режимов.

Несмотря на юридическую непризнанность, члены содружества продолжают существовать уже на протяжении довольно длительного времени. Все они имеют такие атрибуты независимой государственности, как собственные конституции, правительства, вооруженные силы, органы госбезопасности, таможенные и пограничные службы. При всех трудностях и издержках, в Абхазии, Южной Осетии и Карабахе уже произошла смена власти путем всеобщих выборов на альтернативной основе. При этом в Абхазии и Южной Осетии на смену прежним правящим режимам пришла вчерашняя оппозиция. Политические и экономические структуры непризнанных государств более или менее приспособились к существованию в условиях «ни мира, ни войны, ни международного признания», хотя процесс восстановления разрушенной экономики в условиях фактической изоляции от внешнего мира продвигается очень медленно.

По оценкам сторонних наблюдателей, в плане утверждения демократических институтов непризнанные республики во многом выглядят предпочтительнее. Так, прецедентов, подобных смене власти (в том числе на бывшую оппозицию) путём всеобщих выборов на альтернативной основе, в «малых метрополиях», как известно, до сих пор не было (за исключением Молдавии). Например, в Азербайджане власть захватывалась путем политических интриг (отставка Эльчибея), либо передавалась от отца к сыну. А в Грузии за её недолгую постсоветскую историю насильственным путем было свергнуто два легитимных с точки зрения конституции и международного права президента — Гамсахурдия и Шеварднадзе.

Фактически автономное существование непризнанных республик наносит им самим и их «малым метрополиям» серьёзный политический и экономический ущерб. Для сотен тысяч жителей Абхазии и Нагорного Карабаха сепаратизм обернулся тяжёлым существованием на положении беженцев. Не менее сложным остаётся на фоне разрушенной экономики положение самих жителей этих республик. Многие жители Абхазии и Южной Осетии, введённые в заблуждение недобросовестной пропагандой, принимают российское гражданство без какой-либо реальной перспективы изменить страну своего пребывания. Крайне усложнены самые обычные контакты непризнанных государств с «малыми метрополиями», что приводит к трагедиям множества этнически смешанных семей.


Наличие сотен тысяч беженцев из Абхазии и Нагорного Карабаха, оказавшихся в «малых метрополиях» в крайне тяжёлых условиях существования, осложняет урегулирование проблемы непризнанных государств. Возвращение в Абхазию значительной части (60 тысяч) беженцев грузинской национальности не исчерпало разрешение проблемы. Кроме того, трудности в контактах населений бывших «малых метрополий» и непризнанных государственных образований особенно сказываются на оставшихся в последних этнических соплеменниках «метрополий» и смешанных семьях.

Непризнанные государства не скрывают своих надежд на правовое оформление фактически достигнутой независимости. Учитывая невозможность получения необходимой для этого международной поддержки, они возлагают основные надежды на российское руководство или, по крайней мере, на влиятельные силы, которые оказывали им поддержку на протяжении последних лет. Большинство жителей Абхазии и Южной Осетии, а также значительная часть населения Приднестровья приняли российское гражданство. Власти Южной Осетии объявили, что после признания независмости от Грузии, на основании исторических фактов будут реализовывать идею вхождения в Россию и объединения с Северной Осетией. Абхазия, также предлагавшая в 1995 вхождение в Россию как субъект федерации, теперь расчитывает на статус свободной ассоциации с Россией. Власти Абхазии и Приднестровья объявляли о желании вступить в СНГ, однако их приём в него станет возможным только в случае выхода из СНГ Грузии и Молдавии (также как и приём Нагорного Карабаха — в случае выхода Азербайджана). 17 сентября 2006 в Приднестровье состоится референдум об альтернативах: сохранение независимости и свободная ассоциация с Россией либо отказ от независимости и вхождение в Молдову.

В марте 2005 Госдума рассмотрела, но отказалась принять предложенный депутатами фракции «Родина» законопроект о поправках к принятому ранее конституционному закону О порядке принятия в Россию и образования в ее составе нового субъекта РФ. Согласно законопроекту бывшие советские автономии могли бы войти в состав России на основании волеизъявления народа, проживающего на данной территории, без заключения международного договора с постсоветским государством, в состав которого они входят. По мнению Дмитрия Рогозина, Андрея Савельева и Наталии Нарочницкой, подготовивших законопроект, это могло бы решить проблемы Приднестровья, Абхазии и Южной Осетии. По словам Андрея Савельева, законопроект мог бы исправить историческую несправедливость: при распаде СССР республиканские власти («малые метрополии») не проводили в автономных образованиях (будущих непризнанных государствах) референдумы о выходе из СССР, нарушив таким образом действовавшую на тот момент союзную Конституцию, а референдумы о независимости «малых метрополий» в автономиях не состоялись. Законопроект, однако, получил отрицательные заключения комитетов Госдумы по международным делам и по делам Федерации и региональной политике. В ходе голосования инициативу «Родины» поддержала лишь КПРФ. ЛДПР и «Единая Россия» отказались от участия в голосовании.

В знак отхода от ранее провозглашавшегося Россией принципа безусловного признания территориальной целостности «малых метрополий», в начале 2006 года российский президент Владимир Путин публично поставил перед министром иностранных дел Сергеем Лавровым задачу добиться того, чтобы решение, которое международное сообщество в 2006 году планирует принять в отношении статуса края Косово, было признано «универсальным» — то есть если Косово получит независимость, то на самостоятельность, по мысли российского президента, смогут претендовать и непризнанные государственные образования на постсоветском пространстве. Западные государства, напротив, настаивают на «уникальности» косовской ситуации. В мае 2006 были проведены консультации российского МИДа с президентами Абхазии и Преднестровья.

В июне 2006 главы Абхазии, Приднестровья и Южной Осетии на саммите в Сухуми дополнительно заключили Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимопомощи и подписали Декларацию о создании Сообщества за демократию и права народов, которые предполагают не только экономическое и политическое сотрудничество между республиками, но и создание коллективных миротворческих вооружённых сил, которые смогут заменить российских миротворцев и совместно отражать возможные силовые акции «малых метрополий» и попытки разрешения ситуации военным путём.

В июне 2006 российский президент объявил, что судьба непризнанных государств должна определяться волей их населения на основе права на самоопределение.

14 сентября 2006 после острой борьбы в ООН было принято решение обсудить на начавшейся в Нью-Йорке 61-й сессии Генеральной ассамблеи вопрос о «замороженных конфликтах» в бывшем СССР. С этой инициативой выступили государства ГУАМ, добившиеся включения вопроса в повестку сессии при поддержке США, Великобритании и ряда других стран, несмотря на активное сопротивление России. Это решение рассматривается как признание мировым сообществом неэффективности деятельности российских миротворцев в зонах конфликтов в Приднестровье, Абхазии и Южной Осетии и дипломатическое поражение Москвы.

25 сентября 2006 министры иностранных дел стран-членов ГУАМ, встретившиеся в Нью-Йорке в рамках 61-й сессии Генассамблеи ООН, обсудили ход урегулирования замороженных конфликтов в СНГ. Россия не была приглашена на встречу — зато на ней присутствовал помощник госсекретаря США Дэвид Крамер. Участники встречи договорились создать собственные полицейские силы, которые должны заменить российских миротворцев в конфликтных зонах на территории Грузии и Молдавии. Реализация этой договорённости пока отложена на неопределённый срок.

Главы МИД также согласовали стратегический план совместных мероприятий «по расширению международной поддержки в вопросах мирного урегулирования затяжных конфликтов на территориях стран ГУАМ», главная цель которого — добиться принятия резолюции ГА ООН по замороженным конфликтам.

Ранее, выступая на сессии ГА ООН, президент Грузии Михаил Саакашвили обвинил Россию в «оккупации» Абхазии и Южной Осетии: «Эти регионы были аннексированы … Россией, которая поддерживает их вхождение в свой состав, сознательно выдавая российские паспорта в массовом порядке в нарушение международного законодательства… Жители спорных регионов живут под бандитской оккупацией России».

Глава МИД Украины Борис Тарасюк поддержал Саакашвили, заявив: «Украина отбрасывает любые попытки провести параллели между проблемой Косово и неурегулированными конфликтами на территории стран ГУАМ». Эта позиция противоречит мнению российского руководства, настаивающего на том, что если Косово будет предоставлена независимость, то аналогичным образом следует решить и региональные конфликты в СНГ.

На решение министров иностранных дел стран ГУАМ отреагировал министр обороны РФ Сергей Иванов: «Грузия стремится использовать военный потенциал ГУАМ с целью замены российских миротворцев в Абхазии и Южной Осетии. Наличие дополнительных сил на территории Грузии позволит её руководству не отказывать себе в желании в любой момент поиграть мускулами, как это было недавно сделано в Кодорском ущелье, а также даёт возможность использовать их как дополнительные козыри в противостоянии с Сухуми и Цхинвали». Однако, по его мнению, «Россия, выступающая за урегулирование существующих конфликтов только политическими методами, найдёт адекватные меры, чтобы не допустить развития ситуации по данному сценарию».

Летом — осенью 2006 Грузия восстановила контроль над Кодорским ущельем (составляющим более трети Абхазии). 27 сентября 2006, в День памяти и скорби, президент Грузии Михаил Саакашвили объявил о переименовании Кодори в Верхнюю Абхазию. В своём выступлении Саакашвили заявил, что аналогии между Косово и Абхазией, которые проводит российское руководство, являются «искусственными и надуманными». По его словам, нынешняя Грузия сильно отличается от Грузии времён Эдуарда Шеварднадзе и готова ответить всем, кто покусится на ее территориальную целостность: «Любая попытка оторвать от Грузии её территории получит достойный отпор… Сейчас не XIX век и не начало XX века, чтобы целые страны становились разменными монетами».

См. также

Ссылки


 
Содружество Непризнанных Государств
Абхазия | Нагорный Карабах | Приднестровье | Южная Осетия
ассоциированные члены-наблюдатели: Гагаузия
 
Начальная страница  » 
А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
A B C D E F G H I J K L M N O P Q R S T U V W X Y Z
0 1 2 3 4 5 6 7 8 9 Home